ИВАН АНДРЕЕВСКИЙ ИЗ «ПУТЕВЫХ ЗАМЕТОК... В 1835 ГОДУ»

ИВАН АНДРЕЕВСКИЙ ИЗ «ПУТЕВЫХ ЗАМЕТОК... В 1835 ГОДУ»

У пролива между Азовским морем и Сивашом, в 90 верстах от Ангальт-Кетенской колонии к востоку лежит местечко Геническ, от которого и пролив получил своё название. Собственно Геническом от татарского урочища Геничи называется место у пролива, где построены дома чиновников и служителей Соляного ведомства.

Слобода, примыкающая к этому месту, известна под названием Усть-Азовского селения, где также начинают строить дома и лавки городские по случаю стечения промышленников за солью. Продажа соли произволится от казны из большого озера, находящегося в 15 верстах по ту сторону пролива, на Арабатской стрелке, иначе называемой Тонкою.

Окрестности Геническа имеют почву глинистую, смешанную с песком и наносной землёй; пресная вода в пяти верстах. Из земли делают кирпич, который, не обжигая, употребляют на строение. В Геническе нынешней весной не было дождей и хотя часто собирались тучи, но они уносились в море. То же самое, как мы узнали потом, случается и на Кинбурнском мысу и Перекопском перешейке.


Пространство между Геническом, Ангальт-Кетенской колонией и Перекопом, изрезанное к югу бесчисленными неправильными протоками и заливами Гнилого моря на расстоянии не менее 100 вёрст в длину, заключает в себе поселения киргизов и татар. Морская вода в протоках и заливах, как мы заметили близ Перекопа, по временам иссякает, и остающийся в них минеральный ил имеет острый и неприятный запах, чувствуемый часто на большом отдалении. Нередко случается, что уходящая вола оставляет по берегам множество мёртвой рыбы, гниющей на воздухе.

При всём том воздух окрестных поселений не только не считается вредным, но, по замечанию многих, даже особенно благоприятствует здоровью. Это, по всей вероятности, должно приписать сколько минеральному свойству ила, уничтожающему мгновенно всякую 1 тынть, столько соседству соляных озёр, находящихся на этом пространстве.

Во время бывшей в 1831 году холеры, которая в довольно значительной степени развилась, с одной стороны, по некоторым селениям в северной части Днепровского уезда, а, с другой, в Симферополе на Крымском полуострове, в Перекопе умер от неё только один человек.
Имение Красное — в 58 верстах от Перекопа, при море. Из Красного, проехав 15 вёрст, прибыли мы в овчарное заведение Софиевку.

Тут начинаются земли, отданные некогда под разведение испанских овец иностранцу Рувье, и служащие в заведениях — люди большей частью из французов, оттого простолюдины эту часть берега называют Францией. На этих землях теперь три отдельных заведения — Софиевка, Кларовка и Черноморье, принадлежащие трём наследникам Рувье. Им дано от правительства 41 000 десятин, считая остров Тендру с прочей приморской землёй.

К тому они прикупили ещё другие земли, и в одном софиевском заведении число овец простирается теперь до 60 000. Но это число, кажется, составляет предел, до которого может быть распространено заведение. Более не предполагают разводить овец и, судя по ежегодному приплоду, значительное число их пускается каждый год в продажу. Многие из жителей окрестных селений занимаются в этом заведении работами.

Для снятия одного сена, нужного экономии, приходит до 250 рабочих, считая женщин и детей; последним платится от 30 до 40 коп. в день. Рабочий получает сверх харчей по рублю. Кроме поденных работников, есть годовые и месячные: первым платится от 125 до 130 руб., а последним — около 25 руб., также с харчами.

Первых нанимают по большей части в Полтавской губернии, а последних — с барок, приходящих в Херсон из Брянска. Не узнавши на месте, нельзя бы и подумать, что заработки привлекают сюда крестьян из Орловской губернии.
В заведении устроен отличный сад, первый в уезде по времени и по количеству доходов. Земля под садом была приготовлена тщательно посредством перекопки плантации; и хотя многие предрекали неудачу в разведении дерев, но сад принялся хорошо. Он состоит наполовину из тенистой рощи белых акаций и плодовых дерев.

Виноградный сад занимает отдельно особую часть. Между акаций растут местами ясень и берест; в школе приготовляются к рассадке и дубы. Плодовые деревья отличных пород, как-то: яблоки, груши, абрикосы, испанские вишни, рассажены правильно и земля вокруг корней всегда перекапывается. Эта перекопка заменяет поливку дерев. Для предохранения плодов от порчи, причиняемой птицами, деревья испанских вишен покрываются сетками.

Дохода с фруктовых выручено до 3 000 руб.; они проданы в Одессе. С виноградников в трёх местах получено до 600 вёдер вина; продано по 5 рублей ведро в Херсоне. В Кларовке и Черноморье при заведениях есть также небольшие сады из акаций и других дерев, но на устройство их не обращается особого внимания.
Земли были отведены Рувье в 1807 году, следовательно начало всем этим обзаведениям положено не более как за 28 лет. Рувье получил от правительства землю и сумму взаймы, обязался в течение десяти лет завести на каждой десятине по одной испанской овце и возвратить весь капитал с процентами.

Всё это им исполнено в срок без недоимки. Он первый решился вывезти в Россию стадо овец собственно из Испании; оно было доставлено в 1804 году из Малаги на военном судне, данном в распоряжение Рувье, высажено в Севастопольском порту, зимовало в Бахчисарае и потом находилось на земле, нанятой Рувье близ Феодосии. Опыт показал, что климат нисколько не был неблагоприятен для этих новых гостей.

Изображение

По получении Рувье земли в Днепровском уезде это стадо составило ядро теперешнего обширного заведения. Если принять в соображение, что до 1804 года, кроме Рувье, никто ещё не пытался разводить в России испанских овец (другой иностранец Миллер в одно время с Рувье привёл стадо испанских овец в Одессу из Саксонии, но заведение недолго существовало и овцы были проданы желающим), то можно сказать, что Крым был первым пунктом, а Рувье — первым человеком, посредством которых водворена у нас эта отрасль промышленности, составившая не более как в 30 лет важнейшую статью доходов сельского хозяйства Южной России.


На всех землях, отданных Рувье, до сих пор не было поселенцев; все работы при заведениях производились под присмотром служащих наёмными рабочими. Но в нынешнем году владельцем Кларовского заведения переведены для поселения 100 душ крестьян из великороссийских губерний.
Одно из важнейших неудобств, испытанных и испытываемых при разведении испанских овец в Софиевке и вообще в Днепровском уезде, есть невозможность искоренения растущего во множестве ковыля (stipa pennata), составляющего отличительную черту характера здешних степей. Это растение, известное здесь под ногайским названием тирса, принадлежит к отделению граминов, или злаков, и любит песчаную почву.

Широкие листья его, пока оно не начинает колоситься, составляют тучный и хороший корм для скота, особенно для лошадей. Столь известное в Великой России и Малой России, где оно, как всегдашняя принадлежность пустыни, приводится в песнях в виде эмблемы друга, сетующего на могиле, и так невинное в тех местах, — оно делается грозным и убийственным для здешних стад. Когда ковыль начинает обсеменяться, что обыкновенно случается в июне или июле после дождей, то содержащиеся в его белых космах семена, величиной с овсяное зерно, снабжённые весьма частыми иголками, причиняют большой вред пасущимся овцам.

Иголки расположены так, что семена с лёгкостью впутываются в шерсть и впиваются в самое тело животного. Не только никаким образом нельзя вынуть их, когда они войдут в кожу, но по особенному устройству колючек при каждом движении животного они подвигаются постепенно далее и далее до того, что, войдя в самые внутренности, умерщвляют овец.

Случалось, что в Софиевском заведении пропадало такой смертью до 10 000 голов. Кроме той потери, что овца умирает, сама шерсть с увязнувшими семенами никуда не годится; очистка такой шерсти весьма трудна и стоит с пуда до 10 рублей. Даже дикие животные испытывают на себе вредные действия этого смертоносного растения. Нередко в затравленных на охоте зайцах находили внутренности, наполненные его колючками.

Там, где поля употребляются под пашню, ковыль сам по себе исчезает, но часто случается, что в первые годы ещё является и на перепаханных землях. Для истребления его на пастбищах, когда он появляется, нанимают рабочих, большей частью женщин и детей. Один из ремесленников в Кларовском заведении для замены рук при уничтожении ковыля изобрёл немногосложную машину, основанную на механизме ножниц.

Изображение

Она требует не более пары волов и одного работника и действует с большой силой, быстро срезая и потом разбрасывая стебли ковыля. Но все эти, как простые, так и искусственные способы, не достигают вполне цели совершенного истребления растения. К предохранению овец от колючек ковыля владелец Кларовского заведения предположил одевать их в рубашки, для чего куплено до 5 000 аршин холста.

В Черноморье прибыли мы в минуту тревоги, произведённой случившимся на степи пожаром.Их овчины, или сырые кожи, которыми гасят пожар при дефиците воды привязывают к палкам или шестам и с ними посылают, сколько есть, людей в степь. Несмотря иногда на распространившееся уже пламя, его начинают тушить с наветренной стороны, прибивая к земле. При деятельном старании пламя уменьшается и потухает. Есть другое смелое средство, которое употребляют здесь опытные чабаны (пастухи).

Завидев пожар, идущий по ветру к их стаду, они тотчас высекают огонь и между стадом и пожаром выжигают полосу шириной до двух сажен. Выжигание это делается так: когда разведённый огонь выжжет траву на известное расстояние, то его тушат, потом зажигают траву далее и опять тушат огонь, пока сделают полосу.

Пожар, дойдя до выжженной полосы, останавливается. По дороге от Черноморья к имению Бехтер, отстоящего от первого на 4 версты, степь была покрыта множеством кузнечиков, которые во всю дорогу при проезде, поднимаясь целыми тучами, рассыпались по полям. Их называют здесь прузиками и не считают вредными для хлебов, но говорят, что появление их знаменует приход или удаление саранчи.

По этому поверью, которое, конечно, на чём-нибудь основано, в нынешнем году они были посмертными вестниками губительного зла, в последние годы везде постепенно исчезнувшего. Прузики цветом черновато-серые, несколько побольше обыкновенных кузнечиков.

В имении Карга, в 50 верстах от Перекопа. в конце мая месяца пало вдруг много овец. Внезапное апоплексическое поражение овец бывает в степях от удара солнечных лучей (coup de soleil), наиболее опасного для головы животного, и случается, когда овцы излишне тучны. Поэтому в известное время держат их на выгонных землях, где мало сочной травы, или пасут при дорогах.

Изображение

Бедные животные — как овцы, так и лошади — знают эту беду и сами берегут себя от действия солнечных лучей на голову. В поле они часто прячут головы, сбиваясь в кучу, и ходят всегда против ветра.

Источник: Путевые заметки при объезде Днепровского и Мелитопольского уездов Таврической губернии в 1835 году Ивана Андреевского. Одесса. 1839 г.

18:13